Друзья снова собрались на обычном месте в ответвлении темного коридора. Стараниями Василия на картонке появился обычный набор: стаканчики, сухарик, лавровый лист. Второй лейтенант, подумав, добавил по случаю праздника десяток мятных леденцов, разрезанный на три части бутерброд с сыром, емкость с водой и пачку жевательной резинки.
— Ну что, парни попарим нынче концы?! — поинтересовался Стрельников, скорее утверждая, чем спрашивая.
Он встряхнулся точно мокрый пес, изобразив на лице удовольствие. Василий старательно отпускал обычные плоские шуточки, надеясь развеселить друзей.
Но настроения не было, несмотря на все усилия Стрелкина. Конечников и Авраам сегодня были в миноре и не велись на разудалое веселье. Пить не было никакого желания. Конечников курил, выпуская дым в потолок, Авраам задумчиво смотрел на приготовления второго лейтенанта.
Василий, видя состояние приятелей, не требовал от них участия в подготовке застолья.
— Разве руки у нас отсохли? — поинтересовался Гут, грустно взглянув на Стрелкина. — Регулярно, быстро, по потребности. Удобно и просто.
— Во блин тебя заколбасило, — поразился Василий. — Так ведь надо разнообразить. Живая пизда она завсегда лучше. Сегодня тетки дают.
— А оно и получается разнообразно. Левая — правая, правая — левая, — с усмешкой ответил Авраам.
— Вы в очко друг с другом лучше толкнитесь, — иронически посоветовал второй лейтенант.
— Вот сказал не подумавши, — заметил Авраам. — И без нас «голубков» полно.
Конечникову всегда становилось неудобно и стыдно, когда Гут говорил о руках. Ирония и показная бравада Авраама не могли скрыть его горечи и боли. Судьба капитана сделала неожиданный и страшный поворот. Приведенный в порядок медиками крепостного лазарета, почти здоровый капитан Кинг был отправлен на поправку в стационарный госпиталь.
Корабль был перехвачен эланцами… Жив остался только Авраам. Можно было только догадываться, что творили «виркоко» с ранеными. Единственный свидетель предпочитал отмалчиваться.
Рассказывали, что палубы госпитального судна больше напоминали скотобойню. Гуту повезло, если это можно считать везением. 20 миллиметровый шарик картечи оторвал капитану кисть. Его, залитого своей и чужой кровью, посчитали мертвым…
С тех пор 4 эскадра забыла одно из правил благородного боя. Ракетоносцы стали безо всякого стеснения взрывать гражданские лайнеры и санитарные транспорты эланцев.
Большие корабли обычно высаживали абордажные команды. И озверелый десант устраивал эланским звездолетчикам то, что проделали подданные регул-императора с их товарищами.
Капитан Кинг с тех пор пожелтел и высох. Гуталина списали с корабля и отправили в интендантскую службу, заведовать одним из складов крепости.
Конечников догадывался, что дело здесь не в нейроуправляемом протезе, почти неотличимом от живой руки.
Непереносимый ужас, который испытал капитан на борту летающего госпиталя, разъедал когда-то храброго Гута изнутри. Первый лейтенант помнил слова Лары и догадывался, что на месте Авраама должен был оказаться он.
Василий использовал последний козырь. Он вынул тайника бутылку и показал приятелям. Гут принял из рук Стрелкина емкость, посмотрел на этикетку, уважительно покивал головой.
— Круто, — сказал он. — Респект…
— А то… — с довольной улыбкой сказал Стрелкин.
— Васька, а по какому поводу? — поинтересовался Конечников, бросив взгляд на пузырь в руках Авраама.
— Так это… Праздник нынче, день Военно-Космических сил, — ответил второй лейтенант.
Он забрал емкость у Гута и стал старательно отмерять каждому дозу выпивки.
— С каких это пор ты государственные праздники отмечаешь? — несколько раздраженно спросил Конечников. — Кроме ежедневного дня граненого стакана, конечно.
— Этот отмечаю. Сам подумай… Разве не праздник? Единственный день в году, когда теткам приказано давать космолетчикам быстро и без мозгокрутства.
— Да ладно, приняли бы по сто грамм обычной смеси и вперед…
— А ты на наших баб будешь перегаром от «пакадуровки» собрался тошнить? — ответил Стрельников. — Посмотри, что пить будешь…
Стрелкин протянул ему бутылку, где плескался янтарный напиток. На роскошной глянцевой этикетке гордо сияло золотом слово «Мето» — название дорогого эланского коньяка.
— Ну, ты Василий даешь, — поразился Конечников, вернув емкость Стрельникову.
— А тетки, поверь мне, знают, запах благородных напитков, — заметил второй лейтенант.
— Ну, теперь все бабы наши, — с улыбкой сказал Гут.
Конечников задумчиво покачал головой.
— Не тормози Крок — подбодрил его Стрельников. — Выпей, и все пройдет.
— Там же будут шампанское давать, — возразил он. — Успеется…
— Крок, да ты своей кислой мордой всех баб распугаешь до того как примешь «шипучки» до нужной кондиции.
— Ладно, Федор, чего ты? — вмешался Гут. — Давай примем и пойдем.
Капитан Кинг, словно боевой конь, почувствовал близость волнующего момента, когда сможет облапить какую-нибудь мадам, готовую отдаться совершенно бесплатно. Сейчас, заведенный приготовлениям, Авраам не сомневался в том, что он сумеет произвести на теток нужное впечатление.
ГЛЯДЯ В КОРЕНЬ
Последние фразы последней главы подводят нас к совершенно иной проблематике —
а именно, к проблеме возникновения латиноамериканской культуры. В Новом Свете сформировалось
четыре «больших» культуры ...
Свет Вашего дома
За века эволюции светильников именно люстра стала неотъемлемой частью интерьера. И сейчас люстры есть во всех жилых квартирах. Люстра - это наиболее широко известный тип светильников. Она своим светом ...
Глава 14
В ноябре светало довольно поздно. Я проснулась, когда было еще совсем темно.
Проснулась внезапно, безо всякой на то причины. В комнате, как и во всем номере,
царила тишина. Даже город за окном зам ...