За окном роняло слезы низкое, серое небо. Рассеянный свет плотно закрытого дождевыми облаками солнца едва проникал в палату. Из приоткрытого окна порывами налетали влажные сквозняки. «Особист» маячил перед глазами, словно заноза. Конечников глядел на него и никак мог понять, знает ли начальник Службы Безопасности про то, что он не Управитель.
После обычного разговора о здоровье и обслуживании, полковник перешел на подчеркнуто официальный тон:
— Федор Андреевич, до полного восстановления функций головного мозга, прошу Вас впредь воздержаться от полетов на транспортном кресле выше 50 сантиметров от поверхности и скорости больше 2 метров в секунду.
— Ну, чтож, я понимаю, что это решение продиктовано заботой о моей безопасности и готов подчиниться. Однако мне нужно как-то тренироваться.
«Особист» задумался, потом сказал:
— Упражнения на имитаторе в вечерние или утренние часы вас устроит?
— А отчего нельзя заниматься в нормальное время?
Полковник схватился за платок, промакивая моментально покрывшееся потом лицо.
— Поймите, Федор Андреевич, загрузка установки очень плотная. Чтобы обеспечить условия для Вас, придется сильно уменьшить поток обычных пользователей. Отдельный блок, охрана. Ну, вы понимаете…
— А что, на мне написано, что я не такой как все? — с холодной улыбкой произнес Конечников. — Почему я не могу заниматься с остальными?
— Можете, если хотите, чтобы вас раскрыли. По легенде вы герой, суперасс… А Вы, господин, на первой же тренировке, покажете себя хуже новичка. Сразу возникнут вопросы, что за человек занимает палату — люкс.
— Нахожу ваши доводы не лишенными здравого смысла… Но, черт возьми, сколько я буду умирать в этих четырех стенах?
— Может нам прогуляться в библиотеку?
— Помилуйте, полковник. Разве там есть что читать? Или я похож на любителя сказок?
— Там есть на что взглянуть, если опуститься поглубже.
— Ну, слава Богу, вы сочли меня достойным посетить спецхран, — иронически сказал Конечников, угадав мысли полковника. — Разумеется, я хочу, вы тут уморили меня без чтения.
— Федор Андреевич, вынужден напомнить, что правила не разрешают выносить книги из закрытого хранилища. Как было бы просто, если литературу из спецхрана Вам могла бы приносить медсестра, она же отвечать за их сохранность, когда вы спите или находитесь в невменяемом состоянии.
— Поставить дежурить сотрудника первого отдела, вы понятное дело не смогли…
— Федор Андреевич, правила. Да и всему свое время. Доктор только сейчас рекомендовал Вам больше находиться на свежем воздухе и читать.
— После того, как я чуть было не разбился, изображая ПКДР -2… Как я понимаю, медсестры не имеют допуска, чтобы сопровождать меня в этот отдел библиотеки. Поэтому я буду лишен общества Виктории, Марины, Беллы или Елены.
— Совершенно верно.
— Могу Вас утешить, — с усмешкой сказал полковник. — Допуска А-4 нет и у меня.
— Вот как? — удивился Конечников. — И кто же эти счастливчики, которые смогут быть моими гидами по океану времени?
— Вы рассчитываете на молоденькую научную сотрудницу? — пошутил «особист».
— Не думаю, что это понравилось бы Виктории, — ответил Конечников.
— Виктория может не волноваться. Вашим лоцманом будет Афанасий Константинович Огородников, — личность совершенно неординарная. Десятки поколений студентов исторических отделений местного университета молились, чтобы попасть на экзамене к кому угодно, хоть к черту, но не к нему.
— Он что, сильно старый? — озабоченно спросил Конечников.
— Как всегда, вы схватили самую суть. Но это единственный человек, допуск которого позволяет находиться в этой библиотеке. Кроме того, он великолепно знает свое дело.
— И что, больше никто не сможет попасть в специальную библиотеку? Это ведь неудобно.
— Автоматика, — сокрушенно вздохнул полковник, — Ей не объяснишь…
Конечников с тревогой подумал, как аппараты сканирования отреагируют на золотой диск, который ему дала княжна Александра, то есть Дарья Дремина или как там ее…
— Жаль, что мы не можем все заменить надежной автоматикой. Курс процедур приведения хранителей к лояльности, штука длительная и не дающая полной гарантии, — важно озвучил он, то, что подсказала ему интуиция.
Полковник со страхом посмотрел на него и от вопросов воздержался.
— Если можно ехать прямо сейчас, то давайте позовем Елену, — предложил Конечников.
— Ну, зачем, я сам не сочту за труд помочь, — предложил полковник.
— Буду признателен Борис Николаевич.
Он подъехал к платяному шкафу. С ловкостью заправского лакея, «особист» протянул ему свежую майку, развернул накрахмаленную до хруста рубашку, помог Конечникову одеть и застегнуть китель с капитанскими погонами, завязал галстук. Укрыл ноги Федора пледом. Конечников посмотрел в зеркало и остался доволен своим видом. Несмотря на инвалидное кресло, и неуставную нижнюю часть одежды, получился бравый и элегантный выздоравливающий офицер.
ГЛЯДЯ В КОРЕНЬ
Последние фразы последней главы подводят нас к совершенно иной проблематике —
а именно, к проблеме возникновения латиноамериканской культуры. В Новом Свете сформировалось
четыре «больших» культуры ...
Часть третья
Потемки родной души
...
Что может свет
Качественное освещение не бросается в глаза. Оно интригует в гостиной, успокаивает в спальной комнате, повышает аппетит на кухне, развивает в детской. Так сложилось, что с течением времени в каждой ко ...