К полудню мы с Лизой добрались до селения, которое прозывалось Эль-Халиль. Уже на окраине, среди рисовых полей, нам встретилась повозка с ездоком довольно приличного вида. Рубаха и плащ у него были чистыми, а выпуклое брюшко внушительным. Тем он заметно отличался от крестьян, чьи впалые тела были покрыты грязным шмотьем и расчесами. Сразу стало ясно, что ездок - большой человек в районном масштабе.
– Салам. Не заплутали, странники? - спросил он, высунувшись из коляски.
– Аллаху принадлежат и восток и запад. Он ведет, кого хочет к прямому пути, - резонно ответил я.
– О, чужестранцы знают Коран, - располагающая физиономия господина украсилась доброжелательной улыбкой.
– Мы не чужестранцы, господин, - мой голос был максимально тверд. - Мы так же верны Истине, как и вы, господин, только вот родом с севера, из Киркука. Но моим уделом стала тяжкая работа в порту Басры, где я совсем надорвал живот и не смог больше поднимать мешки и большие ящики. Начальник дал мне немного денег и отправил домой. Теперь вот добираюсь вместе с женой в родные края, - торопливо объяснял я, но понимал, что время пошло уже не в нашу пользу.
Конечно же, едва мы выбрались из мерзопакостного леса, мне надо было срочно бросить Лизу. Не привязывать к дереву, не топить в луже, но просто расстаться. Однако мне показалось не совсем приличным оставлять ее в одиночестве. Ведь через десять минут она угодила бы кому-нибудь в трудовое и половое рабство и больше никогда не увидела ни своей Америки, ни «совенка». Само собой, у первого встречного-поперечного крестьянина мы купили за дорого местную дряную одежку и упорно стирали ее в канаве, а затем долго сушили на солнце и выжаривали гнид над костром. Но Лиза все же отказалась снять до лучших времен свои джинсы и вымазать лицо грязью. Так что на полукочевников, даже курдов, мы походили как крашеные яйца на помидоры. Кроме того, миссис Роузнстайн хотя кое-что понимала, но не могла связать по-арабски двух слов, что для жительницы города Басры было бы странным.
– Я рад, - плутовато сказал встреченный господин, - что вы происходите из хорошей семьи. Вы, видимо, покинули свои горы из-за разногласий с родней.
– Да, вы правы, я ослушался отца, достопочтенного раиса Мухамеда Базаргани, я преступил его запрет, когда бросил учебу и женился на этой вот женщине. Дело в том, что она много старше меня и уже знала многих мужей, - я поперхнулся, потому что Лиза пронзила локтем мой бок, со стороны, где находилась рана. То, что я наплел важному человеку, она более-менее уловила.
– Наверное, достопочтенный раис был прав, хотя красота вашей женщины сравнима с той, что пленила Фир'ауна.
– И, подобно Ибрахиму, я готов назвать ее своей сестрой, чтобы мне было хорошо.
Господин оценил мою эрудицию, а мне стало страшно за свой бок, все-таки я несколько подставил Лизу. Она метнула на меня свирепый взгляд, сообразив, что речь идет об Аврааме, который сдал свою жену Сарру в гарем фараона. А я сразу вспомнил пункт из Фиминой тетрадки под названием «Авраам-Фараон». Опять точка, формирующая энергетический канал.
– Я желал бы оказать вам услугу и пригласить отдохнуть в мой дом, где вы могли бы поведать мне о нравах севера,-медовым голосом произнес уважаемый человек.
Что ж, надо или немедленно прирезать штык-ножом этого бая вместе с возницей, или соглашаться в цветистых восточных выражениях. Помедлив, я отозвался:
– Любезность господина превосходит всякие границы. Аллах любит странноприимцев. Почту за великую честь быть гостем вашего дома.
Так мы оказались у местного начальника, что называл себя Саидом. Вначале повозка нас доставила на коротенькую улочку. Вдоль нее располагалась глухая глинобитная стена всего одного дома. Дома Саида. За унылой стеной, как выяснилось уже за воротами, был разбит веселый сад, где преобладали мандарины, но имелись также инжир и хурма, и виноград, и персики с абрикосами. За садом была протянута двухэтажная галерея и устроен дворик с беседкой, внутри которой находился прудик с разными пестрыми рыбками. По дворику с восточной негой прохаживались пушистые персидские коты, а также слонялись какие-то птицы - похоже, павлины. И в саду, и во дворе трудились неумытые мужчины, по галерее сновали женщины в чадрах, с кувшинами или подносами на головах. За короткое время я насчитал человек двадцать обслуживающего персонала. Двор заканчивался самим домом, двухэтажным и длинным, как колбаса.
Свет Вашего дома
За века эволюции светильников именно люстра стала неотъемлемой частью интерьера. И сейчас люстры есть во всех жилых квартирах. Люстра - это наиболее широко известный тип светильников. Она своим светом ...
Экспедиции
...
Тенденции света
Мы так привыкли к свету в доме, что воспринимаем его как непременную часть домашней обстановки, а точнее, почти не замечаем, до тех пор, пока не произойдет его аварийное отключение. И тогда… Ну ...